Спасибо, господин президент. Для меня большая честь быть привлеченным к работе этой уважаемой секции при обсуждении темы, которая, по моему давнему мнению, получила слишком мало внимания, особенно на политическом уровне. Спасибо за приглашение.

Сегодня утром я предлагаю свои комментарии с позиции человека, который является давним наблюдателем культурного развития развивающихся стран Африки и Азии, а также имеет более чем двадцатилетний опыт участия в таких мероприятиях, как Премия Ага Хана по архитектуре, которая предпринимает попытки внести позитивный вклад в этот процесс.

В настоящее время существует много опасений по поводу будущего местных и национальных культур в большинстве стран развивающегося мира. Что может сделать культурная дипломатия Соединенных Штатов для решения этих тревожащих проблем, как заменить эту тревогу чувством уверенности путем осуществления новых совместных инициатив?

Если культуры и системы ценностей в развивающихся странах в настоящее время испытывают трудности, или, как считается, находятся под угрозой, я полагаю весьма своевременным попытаться определить характер этих проблем. Я бы поставил на обсуждение такие главные вопросы, как язык, учреждения, люди, коммуникации и финансирование.

Во-первых, - проблема языка. В процессе деколонизации Азии и Африки движущей целью правительств новых независимых стран было создание национальных государств. Национальный язык рассматривался как важная составляющая этого процесса. Сорок лет спустя, доминирующий в мире иностранный язык – английский, стал рассматриваться в большинстве регионов как необходимость, но еще не как возможность. Чтобы культуры развивающихся стран стали доступны и понимаемы на глобальном уровне, начали вызывать уважение и восхищение, а также были представлены в электронных коммуникациях, они должны обеспокоиться тем, чтобы эти культуры получили выражение не только на национальном языке, но также и на английском.

Второй вопрос касается учреждений. Во многих частях развивающегося мира учреждения и места, играющие особую роль в культурном вдохновении и выражении, как правило, слишком часто игнорировались и правительствами, и самим гражданским обществом. Музеи, залы консерваторий, а также здания и общественные пространства в исторических городах, как правило, находились в удручающем состоянии. То же относится и к высшим учебным заведениям, особенно в области искусства и гуманитарных наук. В своем нынешнем состоянии эти институты не могут способствовать выживанию и возрождению унаследованных систем ценностей, но лишь способствовать их дальнейшей деградации.

Третий вопрос связан с людскими ресурсами. Культура по своей природе уходит корнями в человека. К сожалению, в странах Азии и Африки, которые я знаю, деятельность в области культуры как жизненное призвание почти всегда заводит в тупик. Представители искусства и культуры в промышленно развитых странах, по крайней мере, имеют возможность мобилизации ресурсов, необходимых для достойной жизни. Экономическая среда, имеющая место вокруг культурных деятелей в промышленно развитых странах, не существует в развивающихся странах. И действительно, в настоящее время после распада в развивающихся странах традиционных систем ценностей и культурного воспроизводства, которое деятели культуры поддерживали, их положение еще более ухудшилось.

Четвертая проблема – коммуникации. Культуры, которые не вступают в контакт или не в состоянии общаться, оказываются во все большей изоляции, не связанными с другими, с тем, что происходит в мире в целом, они становятся интроспективными, устремителенными вовнутрь, и через некоторое время маргинализованными. Некоторые утверждают, что всему виной господство в области глобальных систем коммуникаций Соединенных Штатов Америки, оно получается в силу того, что называют «цифровым разрывом». Я хотел бы предложить иную точку зрения. Мне кажется, что целенаправленные усилия Соединенных Штатов могли бы сыграть важную роль не только в глобальном представлении культур стран Азии и Африки. Такая деятельность могла бы также внести значительный вклад в полное признание легитимности и ценности социального и культурного плюрализма, того, что так срочно необходимо большей части развивающегося мира.

Последним вопросом является финансирование. Реальность в странах Азии и Африки такова, что материальные ресурсы, необходимые для поддержания культурной деятельности либо отсутствуют из-за иных приоритетов, либо потому, что нет стимулов для поддержки культуры. Но с ростом либерализации экономики все большая часть национального благосостояния будет создаваться частной инициативой. Я мечтаю, что частные лица и организации прийдут на помощь культуре, как это имело место на протяжении веков в промышленно развитых странах. Для того чтобы это произошло необходимо стимулировать и развивать много новых методов предоставления помощи, проводя соответствующую государственную политику.

В ответ на вызовы, с которыми сталкиваются страны Африки и Азии, которые я здесь изложил, ведущую роль могут сыграть Соединенные Штаты, с их богатством образовательных и частных благотворительных учреждений, а также глобальных корпораций, что не имеет аналогов в человеческой истории. Подробности могут быть обсуждены позднее сегодня утром или на сессии во второй половине дня. Много очень важных работ, посвященных проблемам языка, учреждений, людским ресурсам, коммуникациям и финансированию уже ведется, но наблюдается некая тенденция, я бы сказал необходимость, в полномасштабном их расширении.

Я надеюсь, что эта встреча приведет к новому концептуальному решению о роли культуры в общественной жизни и международной политике, что сподвигнет больше государственных и частных учреждений организовать или расширить их деятельность, направленную на поддержку культуры. Я могу заверить вас, что вы найдете заинтересованных и надежных партнеров в тех частях мира, с которыми я знаком, чтобы присоединиться к Вам в этом процессе.

Последнее обновление: 02/11/2005 14:06